Два конкурирующих волонтёрских индекса — масштаб подтверждён с точной датой. [факт] 🟢 «Индекс А» («Открытый список») запущен весной 2016 года; на раннем этапе свыше 80% его данных — из базы более старой правозащитной организации, далее пополнялся региональными и архивными источниками; построен по вики-принципу с обязательной регистрацией для редактирования и требованием документального подтверждения вносимых данных. Масштаб: 2017 год — 2 788 344 записи (русскоязычный раздел); перепроверка нашла точную дату для более позднего снимка — «по состоянию на июнь 2026 года на страницах сайта отображалось около 3,34 млн записей о людях» (3 353 807 точно) (правка по перепроверке 08.09, источник — акт АРХ-РФ-СЛ-01; ранее — «более поздний, не датированный снимок»). Многоязычный проект (русский, украинский, белорусский, грузинский). «Индекс Б» («Бессмертный барак») — по собственному заявлению держит свыше 2,5 млн имён, подтверждено перепроверкой; первый индекс возник отчасти как ответ части сообщества правозащитной организации на существование второго — то есть это два конкурирующих, а не один общий проект.
Незащищённость статусом. [факт] Ни один из этих индексов не имеет статуса государственного архивного фонда — категории, которая даёт формальную государственную гарантию сохранности документов, разбираемых в других узлах этой квартиры (см. АРХ-РФ-ДТ-01 ФЗ-125 75 лет, АРХ-РФ-ДТ-02 Закон о гостайне 1993). Их устойчивость держится на добровольном труде участников и на финансовой и юридической устойчивости создавших их организаций.
Прямая иллюстрация уязвимости. [факт] Ликвидация через суд правозащитной организации, документировавшей репрессии 32 года, оставила открытым вопрос о судьбе её собственного архивного фонда — кто формальный держатель, есть ли риск изъятия или передачи государству, продолжает ли материал пополняться и на чьи средства (см. АРХ-РФ-КС-06 Ликвидация Мемориала). По данным источника, люди, которые вели организацию, заявили о продолжении работы без регистрации юридического лица — то есть сама деятельность формально не прекратилась, но именно это и демонстрирует хрупкость: организация может действовать вне правового статуса, а вот её архив как имущество — не всегда.
Финансирование — найдено для одного индекса из двух. [факт] 🟢 «Бессмертный барак» — чистый краудфандинг: платформа Planeta.ru (проектная страница «Бессмертный барак»), донаты через Boosty (boosty.to/immortalgulag), прямые пожертвования с личной благодарностью донору; официальных грантов или институциональной поддержки в проверенных источниках не найдено — узел прав по существу («держится на энтузиазме, а не на гарантии») применительно как минимум к этому индексу (правка по перепроверке 08.09). Финансирование «Открытого списка» — по-прежнему НЕ НАЙДЕНО: единственный проверенный источник (русская Wikipedia) его не раскрывает, прямой заход на сайт проекта (ru.openlist.wiki) заблокирован (HTTP 403). Связь между ликвидацией правозащитной организации в 2021–22 годах и текущим статусом волонтёрских индексов — по-прежнему не установлена ни в одном источнике, это отдельный, не закрытый этой волной вопрос.
Проверен на дату: 2026-09-07
отвечено 0 из 3
1. Каков тезис узла о памяти вне государственного фонда?
2. Что узел нашёл про финансирование двух волонтёрских индексов?
3. Что показывает пример ликвидации правозащитной организации через суд?