[факт] Кто ведёт, что считает. Universal Health Coverage Global Monitoring Report (UHC GMR) готовится совместно Всемирной организацией здравоохранения и Всемирным банком, выходит раз в два года и отслеживает выполнение задачи ООН по устойчивому развитию 3.8 — всеобщий охват услугами здравоохранения [1].
[факт] UHC Service Coverage Index (SDG 3.8.1). Сводный индекс охвата услугами объединяет 14 индикаторов-«трейсеров» в единую меру по шкале от 0 до 100 (геометрическое среднее); данные для расчёта — смесь административной отчётности стран, оценок по опросам домохозяйств и МОДЕЛЬНЫХ оценок технических программ ВОЗ, то есть часть индекса — не прямое наблюдение. Индекс складывается из четырёх субиндексов: (I) репродуктивное, материнское и детское здоровье (планирование семьи, дородовое наблюдение, вакцинация детей, лечение детей); (II) инфекционные болезни (туберкулёз, ВИЧ/СПИД, малярия, вода/санитария/гигиена); (III) неинфекционные болезни (гипертония, диабет, табак); (IV) потенциал и доступ услуг (доступ к больницам, кадры здравоохранения, здравбезопасность) [1][2].
[факт] Catastrophic spending (SDG 3.8.2). Определяется как доля населения, у которой расходы домохозяйства из своего кармана на здоровье превышают 10% бюджета домохозяйства (потребления или дохода) — тот же порог в 10%, который используется и в отдельных страновых оценках катастрофических расходов. Это самостоятельный показатель, отдельный от индекса 3.8.1: финансовая защита измеряется своим индикатором и не входит в сводный индекс охвата услугами [1][3].
[факт] Глобальный тренд. По данным отчёта «Tracking Universal Health Coverage: 2023 Global Monitoring Report», мир «сходит с траектории» значимого прогресса к всеобщему охвату к 2030 году: улучшения охвата услугами застопорились с 2015 года, а доля населения с катастрофическими расходами из кармана РОСЛА, а не падала, в глобальном измерении — то есть по критерию финансовой защиты положение в мире в целом ухудшалось именно тогда, когда охват услугами перестал улучшаться [1].
[ограничения] Индекс 3.8.1 — составная мера, зависящая от выбора и веса 14 индикаторов; поскольку часть данных модельная, точность межстрановых сравнений (особенно между странами с разным качеством собственной статистики) ограничена. Полный текст доклада 2023 года в материалах, собранных для этого текста, не открыт живьём — использован пересказ страниц ВОЗ; страновой разрез доли катастрофических расходов по конкретным странам за 2022–2023 годы в материалах, собранных для этого текста, не собран [1].
[1] 🟡 WHO / World Bank, «Tracking Universal Health Coverage: 2023 Global Monitoring Report» — who.int/publications/i/item/9789240080379 — цифры и определения из пересказа страниц ВОЗ (who.int/news-room/questions-and-answers/item/tracking-universal-health-coverage, data.who.int); сам полный отчёт (PDF) не открыт живьём в материалах, собранных для этого текста. [2] 🟡 WHO Global Health Observatory, метаданные UHC service coverage index — https://data.who.int/indicators/i/3805B1E/9A706FD. [3] 🟡 WHO / World Bank UHC Global Monitoring Report, определение и порог 10% для catastrophic spending (SDG 3.8.2) — тот же источник, что [1].
Проверен на дату: 2026-09-22
отвечено 0 из 3
1. Почему часть значений UHC Service Coverage Index (SDG 3.8.1) нельзя считать прямым наблюдением?
2. Что показал отчёт «Tracking Universal Health Coverage: 2023 Global Monitoring Report» о глобальном тренде по двум SDG-показателям?
3. Чем измеряется финансовая защита по SDG 3.8.2, согласно этому тексту?